octopus

Четыре лошадки, и еще один год позади

MC&HNY

Это мои лошадки. Я давно здесь не был, это они привели меня сюда. Вот, смотрите, они скачут по снегу - Вера, Надежда, Любовь... А кто это там летит в облаках? Это Фантазия. Она самая главная в квадриге.
- Квадриге? - спросите вы.
- Ну да, - отвечу я. - Это сейчас я их отпустил попастись, а вообще-то они везут меня по жизни. И сильнее всех тянет та, что с крыльями. С ее помощью можно придумать себе все, что угодно.
Даже самого себя.
На самом деле, все еще проще. И все уже сказано.
Пусть наступающий год будет добрее ко всем нам. И пусть мои лошадки привезут вам то, о чем вы мечтаете!
octopus

Страны, как менеджеры...

Новые перспективные проекты отдают тем, у кого позади успешный список уже реализованных.
Россия свой главный проект получила в феврале 1917. Чем это закончилось, известно.
В 1986 году дали еще одну попытку. В 1991 - еще...
Боюсь, дальше - дисквалификация.
octopus

a voice from the past

Вот так бывает: съездил во Францию, погостил у фантастических elina_w и french_man и исполнился ностальгией по старым добрым жж-шным временам. Говорят, что здесь стало хуже... Смотрю в ленту - пишет десяток френдов, остальные, судя по всему, как и сам я, ушли в подполье. Не казните за молчанье, расскажите, что здесь делается.
octopus

Валентин Ефимович Тарас


Бывают в жизни счастливые случайности: зашел в дом к почти незнакомому человеку поговорить о старом Минске и его обитателях, а нашел родную душу. Через пару часов выскочил вприпрыжку с книжкой воспоминаний, подписанной «… от хлопчика с обложки на дружбу. Валентин Тарас». Автор книжки завершал восьмой десяток, а с обложки смотрел и впрямь хлопчик – лет 13 или 14, ничем в общем не примечательный, если бы не пилотка на макушке и медаль на груди. Я и сам от радости чувствовал себя мальчишкой…
Такое только в детстве случалось: словом перекинешься, и друзья. Потом все выходило наоборот: сказал слово, и нет друга. Поэтому к словам стал относиться осторожно. Как, впрочем, и к людям… И тут такой подарок – поздняя дружба!
Весь прошлый год я радовался встречам с Валентином Ефимовичем. В моем пустом, оскопленном городе он был тем живым и светлым уголком, до которого не добрались ни нищета нынешней власти, ни пустота вездесущего прогресса. Тарас был похож на лавку сновидений, на склад потерянных волшебных вещей. Он видел вещие сны и помнил то прошлое, которое кажется никому, кроме него, не было нужно. Всю осень мы проездили вдвоем по кладбищам. Этими поездками он словно торопился связать времена – нынешнее и то, где остались его друзья. Военные и литературные…
В 13 лет он сбежал из дома в партизанский отряд – отсюда медаль, пилотка и строй всей дальнейшей жизни. Правда, в отличие от многих белорусских партизан Тарас никогда не был приближен к власти. Скорее наоборот: семь лет его имя было под запретом при коммунистах, и дважды по семь лет ему был заказан вход на телевидение при нынешнем большевике.
9 февраля Тарасу исполнилось 79 лет. В этот день я принес ему фотопортрет, который, как мне казалось, точно передавал его так и не поблекшее с годами мальчишество, вздернутый нос и блеск в глазах. Валентин Ефимович и в последние свои дни был начисто лишен степенности - он бегал, подпрыгивал, размахивал руками. Иначе не умел, а теперь уже и не сумеет: через четыре дня после дня рожденья его не стало, и фотография застыла за свечой над гробом.
Тогда-то я впервые и подумал о том удивительном знаке, который от рожденья нес на себе Валя Тарас. Он родился в Минске в то время, когда на белорусском гербе были выбиты надписи на четырех языках: белорусском, русском, польском и идиш. Ровно так и в нем самом сошлись четыре «титульных» крови. Он был белорусом в том смысле, что насмерть стоял перед натиском огромной империи на малую ее окраину. Он был русским по широте взглядов и культурной всеохватности. Он был поляком по независимости суждений и природной гордости. Он был евреем – всегда евреем! – становясь в ряд со слабыми и гонимыми, против благополучных и сильных.
Его назвали в честь святого Валентина. Случайно или нет, но он умел как мало кто другой дарить людям любовь. Мне он виделся настоящим белорусским интеллигентом - терпимым к тому, что можно терпеть, и несгибаемым там, где нельзя было гнуться. Тарас умудрялся в одном стихотворении говорить на трех языка, и это не казалось ни провокацией, ни неграмотностью, а только лишь органикой того места, где он родился, и где умер. Той органикой, которая сейчас напрочь утрачена, но даст Бог, когда-нибудь к нам вернется.

Альбом: VET
Альбом: VET
octopus

Изыди, Сатана!


Скачал "Сатанинские стихи" и тотчас же - прямо при открытии файла! - похоже навсегда вырубился ворд. Слава тебе, Господи, не успел прочесть!
octopus

О неграх и евреях


Утром позвонил приятель и уговорил провести экскурсию для музыкантов De Phazz. В группе среди немцев затесался негр - общительный, милый, из образованных...
И вот мы едем по городу, я рассказываю о еврейском Минске, о потерянной культуре, о пленных немцах, построивших город, о черте оседлости, о Великом княжестве Литовском и Речи Посполитой, о том, что нынешние литовцы - жмудь, а настоящая Литва - мы... Все слушают, изумленно кругля глаза, и задают всякие-разные вопросы. Негр тоже, но исключительно о евреях. Ну, думаю, дались тебе они. Неужто такой славный нынче пошел юдофоб?! И тут во время обеда в ресторане, негр вдруг говорит, что слышал о памятнике убитым евреям в Минске и что хотел бы сходить туда. Я, наконец, не выдерживаю и спрашиваю - зачем? А он ничтоже сумняшеся отвечает: потому что чувствую, мол, себя евреем! Я проглатываю рыбий хвост и смотрю на него во все глаза. Оказывается в их семье бытует легенда, что они принадлежат к эфиопскому колену - тому, что в 70х было вывезено в Израиль во время операций Моисей и Соломон.
- А насколько верна легенда? - от растерянности спрашиваю я.
- Кто его знает. Да и разве это важно? - отвечает негр.
И я вспоминаю вездесущего Леонарда Коэна.

Anyone who says
I'm not a Jew
is not a Jew
I'm very sorry
but this decision is final

Верно ли обратное?
octopus

8 декабря 1980


Удивительно, во френдленте никто не вспомнил о том, что сегодня - день гибели Леннона. Значит все же это был юношеский максимализм, когда он утверждал, что битлы популярнее Христа. Того помнят куда дольше. А на мое поколение Джон повлиял уж точно не меньше - хоть бы и в юности!
octopus

А теперь и вслух


ЗБЧ вышли в аудио формате и уже пошли по рукам и магазинам.
http://www.moscowbooks.ru/book.asp?id=439718
(Но какую же безразмерную чушь они пишут в аннотации!)

А еще вопрос к москвичам: мне сказали, что видели рекламу книги в метро (то ли на Чехова, то ли на Маяковке). Может ли кто-нибудь подтвердить? Если встретите, не сочтите за труд сфотографировать на мобильник или дать точные координаты - позарез нужно.